Селима Саламова: «Давайте вспомним, что изначальная задача микрофинансирования – бороться с бедностью».

05 июня 2018

Селима Саламова: «Давайте вспомним, что изначальная задача микрофинансирования – бороться с бедностью».

О том, как живут микрофинансовые компании, работающие в России по принципам исламского (партнерского) финансирования, порталу «Инвестиции в МФО» рассказала президент МКК НКФ «Баракат» (город Грозный) Селима Саламова.

- Начиная с 2001 года я работала в Казахстане в Программе развития ООН. Я работала в проектах по снижению бедности в том числе в Семипалатинском регионе. Это очень депрессивный регион сам по себе. После закрытия полигона ядерных испытаний вся экономика пришла в упадок, поскольку все хозяйственные связи так или иначе были завязаны на работу полигона. Это даже если мы не касаемся экологического положения в регионе, того ущерба, который нанес стране полигон  – очень тяжелая территория. И вот для восстановления этого большого района Казахстана был запущен проект, который включал в себя развитие микрофинасового компонента, создание бизнес-центра и организацию грантовой поддержки организациям местного сообщества. Я, как куратор этой программы, неоднократно посещала Семипалатинск и его окрестности, и убедилась, что инструменты микрофинансирования работают там очень эффективно.

- На каких примерах вы в этом убедились?

- Я непосредственно разговаривала с заемщиками, и понимаю, что для многих их них услуги банков просто недоступны – и банки далеко, и доходы у заемщиков для кредитов в банках – низки. К тому же это был очень сложный период для всех стран бывшего СССР – конец 90-х годов. Тогда все учителя, медики, инженеры вышли торговать на рынок. И возможность взять в долг небольшую сумму и получить ее быстро – позволяла людям как-то кормить семью. Но у меня всегда из головы не выходила мысль о том, что же людям делать с процентами по займу? Ведь стоимость таких денег на порядок выше, чем у кредитов в коммерческих банках.

- И где выход из ситуации?

- Очень большое значение имеют личности тех людей, которые работают в этих микрофинансовых организациях, человеческий фактор. Но всегда есть риск, что коммерческий интерес возобладает над чисто человеческим. И вот я была вся в этих мыслях, когда меня пригласили работать на Северный Кавказ, тоже в Программу развития ООН уже этого региона, программу по восстановлению Северного Кавказа. И в рамках работы в этой программе я всегда ратовала за развитие микрофинансовых институтов. Мы приглашали различных экспертов – Европейский банк реконструкции и развития, Российский микрофинансовый центр – и они проводили оценку возможностей своей работы на Северном Кавказе. Но в Чеченской республике все эти организации работать не хотели – боялись. А потом так получилось, что по семейным обстоятельствам я сама переехала в Грозный. И организация, в которой я стала работать, поставила очень жесткое условие – те микрокредиты, которые она предоставляет, должны выдаваться в рамках исламского финансирования. Для меня это была новая и сложная тема.

- В чем была сложность – в понимании принципов работы?

- Да. Так как литературы об этом практически в России не было, а то, что было, было издано на арабском и английском языках, иногда – на французском. Это был 2008-2009 годы. Я штудировала Интернет, изучала источники, потому что я уже об этом говорила чуть выше – я большой сторонник микрофинансирования. А в 2010 году как раз появился закон о микрофинансовой деятельности. И мы приняли решение, что пойдем не по пути проектной работы, а по пути создания микрофинансовой компании. Поэтому мы зарегистрировали –некоммерческий фонд «Баракат», нас Банк России внес в реестр. И с августа 2012 года мы начали работу именно по выдаче беспроцентных займов. При этом, я повторюсь, условия были очень жесткие – нам разрешалось выдавать только беспроцентные займы, и даже административные сборы за выдачу займа нам брать запрещалось. А потом нам перестали субсидировать административные расходы. И у нас не было выхода – надо было или закрываться и возвращать выданный портфель, или выкручиваться. И мы стали предлагать друге продукты – товарное финансирование – реализация товаров с наценкой в рассрочку. Также мы постепенно ввели административный сбор за выдачу займов.

- На какие цели идет этот сбор, как он уплачивается, от чего зависит его размер?

- Сбор уплачивается единовременно, в кассу МКК в момент подписания документов о выдаче займа - в размере 2 тыс. 400 рублей. Кредитный комитет может принять решений сократить сбор вдвое или выдать заем без админ сбора (если заем выдается на такие нужны как лечение, обучение или семья является остронуждающейся). Сбор не зависит ни от срока выдачи займа, ни от суммы. Он рассчитывается исходя из прямых расходов, связанных с выдачей займа, поэтому не может зависить от суммы или сроков. Это расходы, связанные со скорингом заемщика, созданием и передачей кредитной истории,банковская комиссия. Ведь наличными деньгами займы компания «Баракат» не выдает, а переводит средства на банковский счет, и мы обязаны за эти операции платить комиссию. И возврат займа у нас идет тоже через банк.

- А почему вы решили работать через банки?

- Выдача займов наличными в офисе несет в себе ряд издержек. Надо иметь специально оборудованное помещение для наличных денег. Мы все посчитали и поняли, что дешевле для всех будет, если мы будем платить комиссию банку.

- Какой вы уже выдали портфель займов?

- Порядка 20 млн рублей. За весь период нашей работы, выдано более 2 тыс. беспроцентных займов, и порядка 120 займов в форме товарного финансирования в общей сложности  на 111 млн рублей. Это не ахти какие суммы, но мы работаем и двигаемся вперед!

- На какие цели вы предоставляете товарное финансирование?

- В основном за ним обращаются индивидуальные предприниматели. Примерно 20% - это розничная торговля, 20% - это сельское хозяйство. Наше участие в этой отрасли меня очень радует, потому что Чечня – это традиционный сельскохозяйственный регион, у нас более 60% - это сельское население. Мы предоставляем товарное финансирование на покупку автотранспорта, оборудования для сферы услуг. Много покупается по этой схеме крупного рогатого скота. Но все же основная наша цель – это помощь малоимущим, и деньги выдаются, в том числе, на обучение и лечение детей.

- На какие еще нужды вы выдаете беспроцентные займы?

- На так называемые события жизненного цикла. Это свадьбы, похороны, рождение детей, сборы ребенка в школу. Есть, конечно, и определенная доля замов, которые выдаются на микро-микро-бизнес – это оптово-розничная торговля, кафе, парикмахерские, ателье. Но это, в основном, все же надомная работа – люди оборудуют часть дома для того, чтобы там поставить швейную машинку или открыть пекарню. Основной упор у нас идет на поддержку социально незащищенных людей и семей – это малообеспеченные семьи, семьи, потерявшие кормильца, и семьи, имеющие детей-инвалидов.

- На какие средства вы выдаете займы?

- До конца 2018 года у нас есть субсидирование Российского благотворительного фонда «Исламик релиф»– на выдачу займов для семей, имеющих детей-сирот. Но мы понимаем, что это финансирование не будет бесконечным. И с весны этого года мы пытаемся внедрять новые продукты. Так один из них (в исламской терминологии он называется «салам») это попытка оплатить определенные сельскохозяйственные работы заблаговременно. Учитывая сезонность цикла сельского хозяйства, мы оплачиваем продукцию, которая будет получена осенью, вперед, то есть весной. Это, конечно, лишь первые шаги. Мы понимаем, что у нас нет достаточного простора для маневра – из-за высоких рисков, объективных сложностей тех людей, кому мы выдаем займы, возможности невозвратов. То есть мы осознаем, что беспроцентный займ по своей природе не может быть окупаем. Я понимаю, что, возможно, я не права на 100%, но все же в какой-то мере мы занимаемся благотворительностью. Поэтому диверсификацию мы должны проводить – и проводим. И я надеюсь, что внедрение в практику других продуктов, основанных на партнерском финансировании, нам поможет.

- Есть ли еще какие то другие пути решения проблемы окупаемости?

- Есть. Это продукты, основанные на инвестиционном финансировании по схеме разделения прибыли и убытков. Правда, сейчас участвовать в них нам не позволяет наша организационно-правовая форма. Но, возможно, мы сможем решить эту проблему и хотя бы на 50% покрывать наши операционные расходы. Кроме того, в 2015 году мы начали собирать твердые бытовые отходы. Меня всегда беспокоила проблема защиты окружающей среды. Я много раз была в зарубежных странах и впитала в себя идею раздельного сбора мусора. Кроме того, я знаю, что очень большая доля твердых коммунальных отходов может быть переработана. Сейчас в России процент переработки ТБО – это 5-6%, а в развитых странах Европы – 50-60%. И мы тоже запустили такой проект. У нас в городе установлены контейнеры – порядка 35 контейнеров, и в них мы собираем пластик. Контейнеры предназначены для ПЭТ –пластика, но если нам привозят любой бытовой пластик, то мы его принимаем, сортитируем и даже производим минимальную оплату за его сбор.

Также мы собираем картон, обычные коробки, в которые упаковывают продукты. Многие, кто сдают нам картон – это те же магазины, наши заемщики, которые получают свои товары в этих коробках. Нельзя сказать, что мы проводим полноценную сортировку ТБО. Мы проводим раздельный сбор компонентов отходов. Но могу вам с гордостью заявить – что все наши расходы, связанные с транспортом и связью, мы полностью покрываем за счет сбора этих отходов.

- А куда вы эти отходы потом отдаете?

- Ближайший дилерский пункт у нас находится во Владикавказе. Нам присылают оттуда фуру, и мы ее загружаем. А ближайший завод по переработке находится в Краснодаре.

- И сколько денег вам принесла такая работа?

- Мы работаем с 2015 года – и эта деятельность дала нам порядка 600 тыс. рублей. Но опять же – в этой работе очень много подводных камней. Сейчас в силу вступает закон о региональном операторе ТБО. И в Чеченской республике уже этот тендер выигран, и уже определен региональный оператор. Поэтому, видимо, нам надо будет отказываться от этой деятельности.

- А в вашей компании большой штат?

- Штат у нас небольшой. Лично я – президент, работающий на пол ставки, поэтому надо мной все смеются. Мы экономим везде, где можем.Сложностей в нашей работе много. Но с Божьей помощью мы пока справляемся.

 - Селима, спасибо за беседу!

Беседовал Георгий Демидов

 

© 2018 «ИнМФО»Для лиц старше 18 лет

Карта сайта

X